Где берут начало молочные реки

Смело можно утверждать, что все настоящие любители «молочки» в Южно-Сахалинске лично знакомы с Гулей. Последние годы она торгует собственной продукцией (ЛПХ) на новом рынке «Техник». Семейный бизнес в буквальном смысле кормит не одну сахалинскую семью. Каждый день, позволяя себе отдохнуть только по понедельникам, Гуля привозит в город молоко, варенец, сметану и сливки, масло и сыр.

 

Где берут начало молочные реки
Фото из архива Гульсарии Ишкининой

 Ненадолго отвлекаясь от бойкой торговли, Гульсария Ишкинина рассказывает нашему корреспонденту о деле, которое любит.

Высшее «молочное» образование

- С чего начинается история вашей фермы?

- Первым названием нашего семейного предприятия было «Ишкинин и сыновья», создано оно было папой – родители всю жизнь держали свое хозяйство. Начать «летопись» можно и с 58-го года, когда, поженившись, родители купили корову. Папа работал, а мама занималась домашним хозяйством, торговала молочными продуктами. В начале 90-х годов, когда фермерство начало смело развиваться, взрослые члены семьи (четыре старших брата, папа) сели и приняли решение взять выделяемую государством землю под собственное фермерское хозяйство. Необходимый для этого опыт у нас был, но нужно было определиться, кто сможет этим всерьез заниматься, потому что родители были уже в возрасте. Один из братьев, Дамир, решился переехать за город, начать свое дело. Государство оказало поддержку: нам выделили землю (в районе Весточки, удаленную от населенных пунктов, трассы, в лесу), провели мелиорацию, свет. С тех пор мы существуем как официально зарегистрированное фермерское хозяйство. Сначала построили ферму и небольшой домик, со временем – дом. Лет десять мы не увеличивали поголовье, довольствовались небольшим стадом. Брат Дамир занимался становлением фермы около пятнадцати лет, и только потом, когда появилось чуть больше свободного времени и подросли маленькие дети, позволил себе вернуться к оставленной спортивной деятельности. Его жена Надежда работала учительницей. Но когда Надежда вышла на пенсию, мы развернули свое семейное хозяйство пошире. Сейчас нам в работе помогает и мой племянник Амир.

- Достаточно ли вам для работы с большим хозяйством тех знаний и умений, которые были получены в семье?

- Абсолютно. Мы все выросли с коровами. И дадим фору любому специалисту с высшим «молочным» образованием. Здесь нам известны все секреты, что называется, «от и до». Хочу еще сказать, что важно держать такое количество голов, которое ты сможешь прокормить. Чтоб коровки были сытые, а молочко – вкусное.

Сначала я стала помогать маме на рынке. Потом научилась доить коров, ухаживать за ними. У меня, как и у всех детей в семье, было два пути, вернее, выбор между множеством дорог, ведущих из дома, и возможностью остаться. Я предпочла последнее, потому что мне это нравится: и возиться по хозяйству, и торговать нашей продукцией.

- С какими трудностями сталкивались за долгий срок работы?

- Все трудности можно преодолеть. Все решаемо. Конечно, случалось, теряли коров. Например, после отела у высокоудойной коровы может случиться порез: задние ноги отказывают, и она ложится. Три дня ее лечишь, если не встанет, нужно резать. Очень жалко. Стараешься не привязываться, но что-то не получается… Конечно, мы их любим, холим, лелеем. Они – наши кормилицы. У каждой – имя, особый характер.

Главная наша трудность – недостаток земли. Покупка нескольких соток нам погоды не сделает, нам нужны гектары.

Делай, что любишь, и будь что будет…

- Как ферма работает сейчас?

- Наше хозяйство  – это коровы. Правда, два года назад у нас была еще и отара овец. Но земли для выпаса не хватает, и проект с овцами пришлось свернуть: мы оставили десять, сейчас их количество увеличилось до тридцати.

Хозяйство требует неустанной заботы и каждодневного труда. В 6.30-7.00 мы встаем на утреннюю дойку. Вдвоем, и аппаратом и вручную (не все коровы дают доить себя механически), мы доим тех коров, которые в настоящее время дают молоко. На это уходит больше часа. Потом я уезжаю на рынок, а Надежда остается перерабатывать удой (на варенец, творог, сливки, сметану, масло, сыр), мыть посуду (а посуда – не чайные сервизы – большие кастрюли). Приезжает племянник помочь Надежде справиться с объемом работ: поднять, перенести и т. д. Помимо этого, коров нужно кормить, пасти, убирать сараи.

- Что приносит удовлетворение? Не жалеете, что затеяли такой сложный бизнес?

- Мы своей работой людям приносим удовольствие. Трудиться приходится много. Но зато никогда не стыдно за свой продукт. Не один десяток покупателей ходит ко мне на рынок годами – на протяжении десяти-пятнадцати лет. Много и относительно «новых» постоянных покупателей. Но те, что со мной давно, – уже родные. Их семьи знаю поименно, дети вырастают и поступают в институты, рождаются внуки, а потребности в «молочке» никуда не уходят.

Удовольствие приносит и сама работа. Если не любить хозяйство, животных, этот быт, то и не получится ничего надолго. Давно бы свернули свою ферму, если бы она была не в кайф. А когда слишком устаешь, надо ехать в отпуск. Хорошо, что мы – семья и можем позволить друг другу отдохнуть, временно взяв на себя больше обязанностей. Но отпуск – это универсальное решение, подходящее для всех, не только для фермеров.

- Какую аппаратуру вы используете в работе, что облегчает ручной труд на ферме?

- Мы работаем по старинке. Поэтому и продукция у нас такая вкусная. Новомодные вещи, к сожалению, не обеспечивают того качества, к которому мы привыкли. Разве что сепаратор да доильный аппарат. Творог и варенец варится в кастрюлях на дровяной печи. Да, на ферме у нас печь, топим ее дровами.

Метаморфозы с варенцом

- Вы просвещаете покупателей по поводу ценности молочной продукции?

- Любая натуральная продукция ценна. Но о пользе «молочки» мне распространяться не приходится. В рекламе необходимости нет, мне не нужны страницы в соцсетях. Приходите, пробуйте и определяйтесь со своими вкусовыми пристрастиями сами. Выбор есть. А польза, по-моему, очевидна.

- Случаются у вас недовольные покупатели?

- Бывает и такое. Люди все разные. Некоторые, в основном одни и те же покупатели, придираются. Сегодня, допустим, купили творог такого вкуса. Каждый день он одинаковым не бывает. На вкус влияет несколько факторов: температура воздуха, корма для коров, другое. И тут начинаются вопросы. А почему другой вкус? А если вкус изменился, значит,  вы что-то в продукт добавляете? Или вот ещё пример: весной бывает две-четыре недели, когда варенец не получается таким, как все привыкли. Не знаю почему. То ли меняется состав молока, когда коровы уже чувствуют свежую траву, то ли что-то еще. Я готова сквозь землю провалиться, оправдываюсь, пытаюсь объяснить. Но покупатели настаивают на варенце с привычным вкусом. А он таким ну не получается! Адекватные покупатели ждут, подходят, спрашивают: «Варенец вернулся?» Отвечаю: «Нет пока». Ждут, пока вернется…

С конфликтными, скандальными покупателями стараюсь в прения не вступать. В продукции своей я уверена. Во-первых, у нас есть лаборатория, которая ежедневно проводит ее ветсанэкспертизу. Во-вторых, все наши животные находятся под ветконтролем. Мы относимся к Анивской ветеринарной станции. Как у ребенка свой педиатр, так и у каждой коровы есть свой номер, свой паспорт, наблюдающий ее врач. Вся информация задокументирована и находится в базе системы «Меркурий». Фиксируются все изменения, вплоть до ежедневного объема молока.

Кстати

Оценка «эксперта»

- Знакомство с Гулей и продукцией ее фермы вожу еще со старого рынка, - рассказывает постоянный покупатель Гулиной «молочки» Максим Ханевич. – Двое моих детей выросли на этом молоке. Когда-то приходил на рынок с маленькой дочерью на руках, а сейчас дети – старшеклассники. Для любителя, ценителя молока, вкус у него всегда разный. «Специалисту», каковым себя считаю, всегда понятно (по вкусу, по запаху, по цвету) – что перед тобой за продукт, как, кто и когда доил корову. Немаловажно умение продавца общаться с покупателем, знать его вкусы и предпочтения. Всегда приятно чувствовать «индивидуальный подход», даже покупая молоко и творог. Конечно, за годы знакомства отношения с Гулей переросли если не в дружеские, то уж точно в приятельские. Да и люди в очереди все одни и те же, - единомышленники.

Однажды, вернувшись из отпуска и не в силах ждать завтрашнего дня, поехал за молоком прямо на ферму. Был радушно принят и снабжен несколькими литрами лучшего молока. И когда, ожидая своей очереди, замечаешь среди случайных покупателей неуважение к фермерскому труду, неспособность оценить качество продуктов, ничем неоправданную брезгливость на лице, то воспринимаешь это как личное оскорбление.

 

 

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №24 от 5 июня 2019

Заголовок в газете: Высшее «молочное» образование

Что еще почитать

В регионах

Новости региона

Все новости

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру